СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) тов. ЖДАНОВУ А.А.
В письме на Ваше имя председатель Еврейского Антифашистского Комитета в
СССР тов. Михоэлс просит ускорить издание в СССР «Черной Книги»,
подготовленной к печати коллективом авторов во главе с И. Эренбургом и
В. Гроссманом1.
По рекомендации Еврейского Антифашистского Комитета Совинформбюро без
ведома Управления пропаганды разослало рукопись книги в США, Англию,
Францию, Италию, Мексику, Австралию, Палестину, Болгарию, Румынию,
Венгрию и Чехословакию. В США «Черная Книга» уже издана.
Управление пропаганды подробно ознакомилось с содержанием «Черной
Книги», представляющей сборник литературно обработанных рассказов,
дневников и писем свидетелей зверств гитлеровцев против еврейского
населения на бывших оккупированных советских территориях. В книге на
протяжении нескольких сот страниц описываются издевательства, пытки и
поголовное истребление советских граждан-евреев на Украине, в
Белоруссии, в Литве, Латвии, Эстонии и в областях РСФСР, подвергшихся
оккупации.
Однако чтение этой книги, особенно ее первого раздела, касающегося
Украины, создает ложное представление об истинном характере фашизма и
его организаций. Красной нитью по всей книге проводится мысль, что немцы
грабили и уничтожали только евреев. У читателя невольно создается
впечатление, что немцы воевали против СССР только с целью уничтожения
евреев. По отношению же к русским, украинцам, белорусам, литовцам,
латышам и другим национальностям Советского Союза немцы якобы относились
снисходительно. Во многих рассказах подчеркивается, что для того, чтобы
спастись, достаточно было приобрести «русский паспорт», не походить на
еврея и т.п.
Так, в рассказе «Что я пережила в Харькове» Мария Марковна Сокол,
еврейка, лечившаяся в Люботинской больнице, сообщает: «Однажды привезли
из Харькова больную, она была при смерти и вскоре скончалась. Ей было
тридцать восемь лет. Меня все время преследовала мысль, что ее паспорт
может меня спасти. Я получила этот паспорт. Выйдя из больницы, я прожила
две недели у больничной сестры. Потом я двинулась в путь... Теперь я
могла идти во все стороны, — у меня был “русский паспорт”» (стр. 62).
В рассказе «Священник Глаголев» описывается, как еврейка Изабелла
Наумовна Минкина в течение долгого времени проживала по русскому
паспорту на имя Татьяны Павловны Глаголевой, что спасло ей жизнь (гранки
34).
В сообщении об убийстве евреев в Бердичеве приводится факт, как
мать-еврейка спасла своего десятилетнего сына Гарика, выдав его за
русского. «Когда Гарик вместе с матерью и сестренкой подошел к краю ямы,
— описывается в сообщении, — мать, желая спасти сына, закричала: этот
мальчик русский, он сын моей соседки, он русский, русский!.. Эсэсовец
оттолкнул мальчика. До темноты он пролежал в кустах у дороги, а затем
пошел в город на Белопольскую улицу в дом, где прожил свою маленькую
жизнь» (стр. 35).
Во Львове евреи с целью спастись от гибели выдавали себя за арийцев,
«переселялись в “арийский район” Львова, где жили и работали под видом
поляков и украинцев» (стр. 111). Этой небольшой заметкой читателя
убеждают, что немцы якобы причисляли к арийцам славянские народы, в
частности поляков и украинцев, а евреев, бежавших в «арийский район»,
считали «фальшивыми арийцами» и при помощи агентов выслеживали их.
Когда немцы появились в Минске, был объявлен приказ о регистрации мужчин
от пятнадцати до сорока пяти лет. На сборном пункте гитлеровцы одинаково
издевались как над евреями, так и над русскими и белорусами. Но
почему-то подчеркивается, что через некоторое время русских мужчин
отпустили, а евреев оставили в лагере (стр. 139). Эти евреи впоследствии
были уничтожены.
В статье «Минское гетто» сообщается, что евреи ходили в «русские
районы», где добывали продукты питания, а позже «в русские районы»
переселялись из гетто целые группы людей, где безопасность их была
обеспечена (стр. 145).
В книге приводится очень много фактов, в которых подчеркивается, что в
смешанных браках евреи повсеместно уничтожались, а русские, муж или
жена, оставались в живых (стр. 25, 70 и др.).
В «Письме из Днепропетровска» М. Индикт сообщает: «24 августа 1941 г. в
город вошли немцы. Я не выходил на улицу, так как евреев хватали. Моя
жена — русская. Она могла ходить по городу; она мне и рассказывала про
все» (стр. 66).
А.М. Бурцева, находившаяся замужем за русским, сообщает: «Меня спасло
то, что внешне я не похожа на еврейку, а соседи у нас были хорошие люди
и всем, чем могли, помогали нам» (стр. 71).
В предисловии, написанном В. Гроссманом, указывается, что в уничтожении
евреев была своеобразная провокационная политика, что у немцев была
установлена некоторая очередность в истреблении народов Советского
Союза. Однако содержание книги не подтверждает этого. Да и мысль о
какой-то несуществовавшей очередности сама по себе неправильна. В
документах Государственной Чрезвычайной Комиссии по установлению и
расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков убедительно
показано беспощадное истребление гитлеровцами в одно и то же время и
русских, и евреев, и белорусов, и украинцев, и латышей, и литовцев, и
других народов Советского Союза. Однако эти документы использованы
авторами совершенно недостаточно.
Исходя из этих соображений, Управление пропаганды считает издание
«Черной Книги» в СССР нецелесообразным.
Прошу Ваших указаний.
Г. АЛЕКСАНДРОВ
3.II.47 г.
На первом листе документа наверху, выше текста, вписано красным
карандашом: «От т. Александрова». Внизу на полях слева и ниже текста
пометы: «Арх. 8.V. А.[Н.] К[узнецов]», «В архив. 8/V-47 г. П. Федосеев».
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 438. Л. 216—218. Машинопись. Подпись-автограф.
1 Упомянутое письмо С.М. Михоэлса, датированное 28 ноября 1946 г., было
подписано также редакторами «Черной книги» В.С. Гроссманом и И.Г.
Эренбургом. В письме сообщалось, что работа над книгой закончена, но ее
печатание приостановлено. Авторы письма просили помочь выходу книги (Там
же. Л. 214—215 об.).
В письме С.М. Михоэлса А.А. Жданову от 18 сентября 1947 г. говорилось,
что «20 августа с.г., когда книга в основном (33 листа из 38) была
набрана и напечатана, со стороны Главлита последовало распоряжение о
прекращении печатания книги» (Там же. Л. 219).
В данном архивном деле имеется «Справка» за подписью заведующего отделом
издательств Агитпропа ЦК М.А. Морозова, направленная в секретариат А.А.
Жданова 7 октября 1947 г. в ответ на повторное письмо С.М. Михоэлса. В
ней говорится: «”Черная книга” была внимательно рассмотрена в Управлении
пропаганды. Книга содержит серьезные политические ошибки. Издание книги
на 1947 год Управлением пропаганды не утверждено. Исходя из этого,
“Черная книга” не может быть издана» (Там же. Л. 221).
Подробнее о работе над «Черной книгой» см.: Эренбург И.Г. Собр. соч.: В
9 т. Т. 9. М., 1976. С. 411—418.
«Черная книга» была издана на русском языке в Иерусалиме в 1980 г., в
Киеве и Запорожье в 1991 г.
Назад
Интернет-магазин 
Корзина 
