Фонд Александра Н. Яковлева

Архив Александра Н. Яковлева

 
СТАЛИН И КОСМОПОЛИТИЗМ
Документ №33

Докладная записка агитпропа ЦК А.А. Жданову по вопросу издания "Черной книги"

03.02.1947
СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) тов. ЖДАНОВУ А.А.

В письме на Ваше имя председатель Еврейского Антифашистского Комитета в СССР тов. Михоэлс просит ускорить издание в СССР «Черной Книги», подготовленной к печати коллективом авторов во главе с И. Эренбургом и В. Гроссманом1.

По рекомендации Еврейского Антифашистского Комитета Совинформбюро без ведома Управления пропаганды разослало рукопись книги в США, Англию, Францию, Италию, Мексику, Австралию, Палестину, Болгарию, Румынию, Венгрию и Чехословакию. В США «Черная Книга» уже издана.

Управление пропаганды подробно ознакомилось с содержанием «Черной Книги», представляющей сборник литературно обработанных рассказов, дневников и писем свидетелей зверств гитлеровцев против еврейского населения на бывших оккупированных советских территориях. В книге на протяжении нескольких сот страниц описываются издевательства, пытки и поголовное истребление советских граждан-евреев на Украине, в Белоруссии, в Литве, Латвии, Эстонии и в областях РСФСР, подвергшихся оккупации.

Однако чтение этой книги, особенно ее первого раздела, касающегося Украины, создает ложное представление об истинном характере фашизма и его организаций. Красной нитью по всей книге проводится мысль, что немцы грабили и уничтожали только евреев. У читателя невольно создается впечатление, что немцы воевали против СССР только с целью уничтожения евреев. По отношению же к русским, украинцам, белорусам, литовцам, латышам и другим национальностям Советского Союза немцы якобы относились снисходительно. Во многих рассказах подчеркивается, что для того, чтобы спастись, достаточно было приобрести «русский паспорт», не походить на еврея и т.п.

Так, в рассказе «Что я пережила в Харькове» Мария Марковна Сокол, еврейка, лечившаяся в Люботинской больнице, сообщает: «Однажды привезли из Харькова больную, она была при смерти и вскоре скончалась. Ей было тридцать восемь лет. Меня все время преследовала мысль, что ее паспорт может меня спасти. Я получила этот паспорт. Выйдя из больницы, я прожила две недели у больничной сестры. Потом я двинулась в путь... Теперь я могла идти во все стороны, — у меня был “русский паспорт”» (стр. 62).

В рассказе «Священник Глаголев» описывается, как еврейка Изабелла Наумовна Минкина в течение долгого времени проживала по русскому паспорту на имя Татьяны Павловны Глаголевой, что спасло ей жизнь (гранки 34).

В сообщении об убийстве евреев в Бердичеве приводится факт, как мать-еврейка спасла своего десятилетнего сына Гарика, выдав его за русского. «Когда Гарик вместе с матерью и сестренкой подошел к краю ямы, — описывается в сообщении, — мать, желая спасти сына, закричала: этот мальчик русский, он сын моей соседки, он русский, русский!.. Эсэсовец оттолкнул мальчика. До темноты он пролежал в кустах у дороги, а затем пошел в город на Белопольскую улицу в дом, где прожил свою маленькую жизнь» (стр. 35).

Во Львове евреи с целью спастись от гибели выдавали себя за арийцев, «переселялись в “арийский район” Львова, где жили и работали под видом поляков и украинцев» (стр. 111). Этой небольшой заметкой читателя убеждают, что немцы якобы причисляли к арийцам славянские народы, в частности поляков и украинцев, а евреев, бежавших в «арийский район», считали «фальшивыми арийцами» и при помощи агентов выслеживали их.

Когда немцы появились в Минске, был объявлен приказ о регистрации мужчин от пятнадцати до сорока пяти лет. На сборном пункте гитлеровцы одинаково издевались как над евреями, так и над русскими и белорусами. Но почему-то подчеркивается, что через некоторое время русских мужчин отпустили, а евреев оставили в лагере (стр. 139). Эти евреи впоследствии были уничтожены.

В статье «Минское гетто» сообщается, что евреи ходили в «русские районы», где добывали продукты питания, а позже «в русские районы» переселялись из гетто целые группы людей, где безопасность их была обеспечена (стр. 145).

В книге приводится очень много фактов, в которых подчеркивается, что в смешанных браках евреи повсеместно уничтожались, а русские, муж или жена, оставались в живых (стр. 25, 70 и др.).

В «Письме из Днепропетровска» М. Индикт сообщает: «24 августа 1941 г. в город вошли немцы. Я не выходил на улицу, так как евреев хватали. Моя жена — русская. Она могла ходить по городу; она мне и рассказывала про все» (стр. 66).

А.М. Бурцева, находившаяся замужем за русским, сообщает: «Меня спасло то, что внешне я не похожа на еврейку, а соседи у нас были хорошие люди и всем, чем могли, помогали нам» (стр. 71).

В предисловии, написанном В. Гроссманом, указывается, что в уничтожении евреев была своеобразная провокационная политика, что у немцев была установлена некоторая очередность в истреблении народов Советского Союза. Однако содержание книги не подтверждает этого. Да и мысль о какой-то несуществовавшей очередности сама по себе неправильна. В документах Государственной Чрезвычайной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков убедительно показано беспощадное истребление гитлеровцами в одно и то же время и русских, и евреев, и белорусов, и украинцев, и латышей, и литовцев, и других народов Советского Союза. Однако эти документы использованы авторами совершенно недостаточно.

Исходя из этих соображений, Управление пропаганды считает издание «Черной Книги» в СССР нецелесообразным.

Прошу Ваших указаний.

Г. АЛЕКСАНДРОВ

3.II.47 г.

На первом листе документа наверху, выше текста, вписано красным карандашом: «От т. Александрова». Внизу на полях слева и ниже текста пометы: «Арх. 8.V. А.[Н.] К[узнецов]», «В архив. 8/V-47 г. П. Федосеев».

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 438. Л. 216—218. Машинопись. Подпись-автограф.

1 Упомянутое письмо С.М. Михоэлса, датированное 28 ноября 1946 г., было подписано также редакторами «Черной книги» В.С. Гроссманом и И.Г. Эренбургом. В письме сообщалось, что работа над книгой закончена, но ее печатание приостановлено. Авторы письма просили помочь выходу книги (Там же. Л. 214—215 об.).

В письме С.М. Михоэлса А.А. Жданову от 18 сентября 1947 г. говорилось, что «20 августа с.г., когда книга в основном (33 листа из 38) была набрана и напечатана, со стороны Главлита последовало распоряжение о прекращении печатания книги» (Там же. Л. 219).

В данном архивном деле имеется «Справка» за подписью заведующего отделом издательств Агитпропа ЦК М.А. Морозова, направленная в секретариат А.А. Жданова 7 октября 1947 г. в ответ на повторное письмо С.М. Михоэлса. В ней говорится: «”Черная книга” была внимательно рассмотрена в Управлении пропаганды. Книга содержит серьезные политические ошибки. Издание книги на 1947 год Управлением пропаганды не утверждено. Исходя из этого, “Черная книга” не может быть издана» (Там же. Л. 221).

Подробнее о работе над «Черной книгой» см.: Эренбург И.Г. Собр. соч.: В 9 т. Т. 9. М., 1976. С. 411—418.

«Черная книга» была издана на русском языке в Иерусалиме в 1980 г., в Киеве и Запорожье в 1991 г.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация