Альманах Россия XX век

Архив Александра Н. Яковлева

«ОНИ НЕ ПОНИМАЮТ И НЕ МОГУТ ВОСПРИНЯТЬ ФОРМУЛЫ ДИКТАТУРЫ ПРОЛЕТАРИАТА»: Документы российских архивов о национально-культурном строительстве на Северном Кавказе в 1920-е гг.
Документ №8

Из доклада «Строительство горской школы» заведующего областным отделом народного образования Адыгейской автономной области С.Х. Сиюхова на II краевой конференции по вопросам культуры и просвещения горских народов Северокавказского края

[06.07.1925]
[Не ранее 16–23 июня 1925 г.]1

<…> Система народного образования в национальных областях должна быть построена в соответствии с теми хозяйственно-экономическими и культурно-бытовыми условиями, которые имеются налицо в этих образованиях и, с другой стороны, в соответствии с теми целями и задачами, которые ставятся в этих областях в разрезе экономического, культурного и политического строительства. Думаем, что не будет ошибкой исходить из предположения, что все горские народы Северного Кавказа стоят приблизительно на одинаковой ступени экономического и культурного развития и что для них будет вполне приемлема одна система народного образования. Если у западных нацмен и у части русифицировавшихся восточных народностей (в РСФСР, близкую к системе РСФСР, на Украине – к системе украинской), то у отсталых кавказских горцев мы наблюдаем значительное отклонение от этих систем, а местами видим полную смесь старой и новой системы, что, несомненно, вносит большой тормоз и дезорганизацию в просветительную работу.
Вопрос уточненного оформления системы народного образования в автономных областях является делом трудным и сложным, так как даже небольшие отклонения, ошибки и упущения в согласовании построения школьной системы с местными бытовыми особенностями могут вызвать недоверие и враждебное отношение к школе и тем задержать темп вовлечения горских народностей в общечеловеческую культуру. Для правильного определения путей приспособления советской системы народного образования к автономным областям Северного Кавказа и для того, чтобы вести правильную и успешную работу в этом вопросе, необходимо остановиться, хотя бы вкратце, на тех формах школьного строительства, которые имели место у горцев Северного Кавказа до Октябрьской революции.
Царское правительство не только на Северном Кавказе, но и во всей России среди всех нерусских национальностей проводило одни и те же принципы просветительной политики, это – беспощадное и грубое русификаторство и прозелитизм2. Ярче всего эта работа протекала в Поволжье, а на Кавказе – в Абхазии и Осетии. Обрусительная и прозелитическая тенденции проводились положительно среди всех нацмен, и только разнообразились методы и степень интенсивности.
В результате такой политики царского правительства образовалось два типа школ: первый – духовная школа – мектебе и медресе, и второй – министерская школа. Духовные школы находились в полном и безраздельном подчинении у мусульманского духовенства, кроме бессознательной и механической зубрежки арабо-мусульманской схоластической догматики эти школы ничего не знали. Что касается министерских школ, то их отличительной чертой была убогость программ и ура-патриотическое направление в смысле русской великодержавности. В духовных школах население видело защиту и противоядие против обрусительной политики царского правительства, и эти школы были весьма популярны. Что касается министерских школ, то население настойчиво игнорировало их, и посещаемость этих школ была весьма слабой; их посещали дети главным образом того слоя, коему «русский дух» был не чужд. Вообще трудовые массы на Северном Кавказе всегда отличались своей непримиримостью к просветительной политике царизма. Какие цели ставили высшие министерские цели? Дать агентов аульской администрации, писарей, переводчиков и грамотных торговцев. Доступ в средние и высшие школы для детей трудовых горцев был так затруднен, что он граничил с невозможностью.
Царское правительство изгоняло из школ родной язык и не допускало создания национальной письменности, благодаря чему Октябрьская революция застала многие горские народности на Северном Кавказе в состоянии бесписьменности или с весьма слабой письменностью и литературой. И на первых же своих шагах советская школа встречает среди горцев ряд серьезнейших преград: общую экономическую нищету, вековую культурную отсталость, отсутствие литературы, национального учителя, отсутствие школьных зданий и самое главное и трудное – это недоверчивое, подозрительное и предубежденное отношение ко всем новым культурным мероприятиям как результат угнетения и русификаторства царского правительства.
Лишь с момента образования автономных областей на Северном Кавказе на просвещенческом фронте тут намечается перелом к лучшему. Имеются достижения, но эти достижения значительны по сравнению с дореволюционным состоянием горской школы, но по отношению к той системе, которая строится в СССР, их приходится признать крайне слабыми. Отсталость горцев настолько велика, что им надо двигаться семимильными шагами, чтобы хотя бы через десятки лет сравняться в культурном уровне с русским населением. Современная национальная школа на Северном Кавказе характеризуется отсутствием точно зафиксированного в ней места для родного языка, а также для русского языка, отсутствием в ней не только ГУСовской, но и всякой другой программы, отсутствием подготовленного национального учителя, отсутствием педагогически правильно составленного учебника, убожеством и крайней недостаточностью школьных зданий и школьной мебели, калейдоскопической сменой шрифтов у разных народностей, краткостью учебного года, его поздним началом (октябрь–ноябрь) и ранним его окончанием (март–апрель), низкой оплатой учителя и вообще чрезвычайной бедностью денежных ресурсов.
Для создания национальной школы, как это понимается национальной политикой Советской власти, необходимо построить всю работу на первых ступенях в горской школе на родном языке и вокруг родного языка. Вести работу на родном языке в школе II ступени и в вузе в горских условиях пока невозможно – отсутствует литература и подготовленные работники. Но вести преподавание на национальном языке в школе I ступени, по крайней мере первые два года, уже вполне возможно. Родной язык имеет колоссальное политическое и культурное значение во внутриобластной и внутринародной жизни. Трудящееся горское крестьянство и беднота, не знающие русского языка и не могущие еще долго научиться ему, фактически лишены возможности участия в советском строительстве, ибо пока делопроизводство ведется в учреждениях на непонятном русском языке.
Параллельно с развитием письменности и грамотности горских народностей необходим перевод делопроизводства внутри каждой области на местный язык. Надо сделать теперь же обязательным говорение в административных учреждениях и судах на языке местного национального большинства, чего до настоящего времени на самом деле фактически нет. Такая мера, с одной стороны, осуществит права, предоставляемые нацменам Советской властью, с другой – поднимет в глазах трудящихся горских масс практическую ценность родного языка, оправдает то место, которое ему отводится в школе.
Система народного образования в автономных областях нам мыслится приблизительно в следующем виде: начальная школа должна иметь пятилетний курс. Продление срока на год вызывается необходимостью введения со второго или третьего года обучения нового русского языка, сверх материнского. За необходимость продления срока обучения в массовой школе I ступени до пяти лет говорит и то обстоятельство, что перед национальной школой стоит более сложная задача, чем перед русской, это задача поднятия отсталой национальной культуры до общего уровня. Таким образом, желательным типом учреждений соцвоса в автономных областях на ближайший ряд лет является общеобразовательная школа с пятилетним сроком обучения, с уклоном соответствующим основному занятию населения. Школа должна выпускать людей технически грамотных, политически воспитанных и производственно развитых.
В некоторых автономных областях игнорируется принцип совместного обучения, и обучение девочек и мальчиков происходит отдельно в разных школах. Надо стремиться к изжитию этого явления. В автономных областях в наличии большая общая экономическая отсталость, сельское хозяйство здесь имеет примитивные формы, полезных и необходимых ремесел население не знает, отсутствует коллективная организация труда, нет кооперативных организаций, научных подходов и приемов в хозяйстве и труде. Все это постепенно может дать четырехлетняя профшкола или школа крестьянской молодежи, построенная на базе пятилетки. Контингент семилеток и техникумов должен набираться из бедняцких и середняцких слоев аула, которые не в состоянии обучать своих детей далее четырехлетки. Для того чтобы дать им открытый путь к получению знаний в объеме семилетки и разгрузки педтехникумов от подготовительных групп и для насаждения в автообластях достаточного числа семилеток, совершенно необходимо семилетки организовать с интернатами. Школы крестьянской молодежи тоже немыслимы в условиях горского быта без интернатов.
В системе народного образования исключительное значение имеет для горцев дошкольное воспитание детей 4–8 лет. Это будет могучим орудием к физическому оздоровлению подрастающих поколений через правильное питание и оберегание от разных бытовых болезней, это даст революционное воспитание этим поколениям, кроме того, это раскрепостит горянку от вековой семейной кабалы. Достаточное число профшкол должно быть приспособлено к потребностям местного населения автономных областей. В Абхазии – школы виноградарства и виноделия, в Адыгее – школы корзиноплетения, циновок, в Кабарде, Карачае, Осетии – ткацкие школы, в Дагестане – школы по изготовлению поясов, газырей3 и др. изящных вещей, а также бурок. Во всех областях школы садоводства, огородничества, сыроварения, маслоделия и т.д. Потребность в вузах должна удовлетворяться путем разверстки по автообласти достаточного числа мест в столичных и краевых вузах.
Существующие школьные здания в автономных областях тесны, антисанитарны и не приспособлены, в них отсутствует гигиеническая ученическая мебель. Сеть этих зданий не обслуживает потребностей на 20 %. В царское время в нынешних автономных областях было по какому-нибудь одному, другому десятку школьных зданий, и поэтому широкое школьное строительство стоит как неотложная задача. Эта задача настолько серьезна и требует таких крупных затрат, что на нее должно быть обращено серьезное внимание центрального правительства, от которого требуются для правильного и своевременного разрешения этой задачи немалых денежных ассигнований.
Организатором горской школы должен явиться подготовленный в советском духе горец-учитель. Горцы-учителя, работающие сейчас в автономных областях, могут быть учителями грамоты, но для постановки советской школы по программам ГУСа4 они слабы. Ими пренебрегать ни в коем случае нельзя, ими необходимо пользоваться. Для того чтобы они вели работу более или менее успешно, периодически их надо пропускать через курсы переподготовки, или, вернее, поднятия квалификации. Практикуемые одномесячные или двухмесячные курсы слишком кратковременны, необходимо практиковать шестимесячные и годичные курсы по более углубленной и серьезной программе. Эта мера будет все же паллиативной5. Чтобы иметь научно и политически подготовленный учительский кадр из каждой горской национальности, необходимо организовать в каждой области педагогический техникум и интенсивно развивать их работу. В силу культурной отсталости горцев, в силу того, что письменность их только зарождается, в силу того, что строительство национальной школы еще только в зачаточном состоянии, педагогические техникумы в автономных областях должны сыграть выдающуюся культурную роль. Они должны стать учреждениями, которые должны выковать целые отряды смелых и сильных культурных работников-пионеров; они должны стать научными лабораториями, где должна слагаться письменность и составляться национальный учебник и национальная книга, они должны стать собирателями, охранителями памятников устного народного творчества и искусства, здесь должны вырабатываться программы и приемы преподавания [как родного], так и русского языков Словом, национальный педтехникум должен стать фундаментом, на котором будет построено все здание культурного строительства.
Работа учителя в ауле представляет большие трудности, чем в русском селе. Особенно трудно здесь работать русскому учителю. Он часто лишен мало-мальски удобной квартиры, стола и т.п. Чтобы иметь в ауле работоспособных русских учителей, необходимо улучшить их материальное положение. Даже царское правительство выдавало учителю при назначении его в аул пособие в счет его жалованья в сумме 30 % годового оклада. Необходимо поднимать в разрядах русских учителей в ауле, учитывая особые трудности работы здесь.
Методические советы национальных [органов образования] должны обратить особое внимание на составление программы для национальной школы, чтобы одинаково успешно могли бы работать учителя материнского и русского языков. Крайоно должен у себя создать орган, который давал бы руководящие указания по методическим вопросам.
Национальные учителя не могут вести занятия по ГУСовским программам. По нашему мнению, будет целесообразнее для них выработать предметные программы или, по крайней мере, промежуточные с межпредметными и ГУСовскими. Надо отметить, что применение наглядно-иллюстративного и экскурсионного методов в горской школе вполне возможно. В автономных областях надо усилить работу опорных школ6 и методических кружков под руководством инспекторов-горцев.
В указаниях методического характера сильно нуждаются и русские учителя. Преподавание русского языка дает весьма слабые результаты. Учителя не обладают навыками и приемами необходимыми в этой работе. Трудность постановки русского языка усугубляется еще и тем, что совершенно нет хорошей учебной книги и пособий для преподавания русского языка в горской школе. Такие книги необходимы. Они должны быть составлены на чистом литературном русском языке, их содержанием должен явиться по преимуществу местный краеведческий и бытовой материал; в них также должен найти достаточное отражение и политический строй страны. В целях экономии средств и ускорения дела можно издать книги вообще для горских школ в одной вариации, но, несомненно, педагогически правильнее составить учебники для каждой народности отдельно, приспособляя к его индивидуальным особенностям. Лучшим способом составления этих книг будет, пожалуй, объявление конкурса. Вопрос этот важен и требует срочного своего разрешения.
Национальное издательство в автономных областях идет с большими заторами и перебоями. Причин много. Одна из них – национальности еще не составили прочных, научно обоснованных алфавитов. Каждая народность, даже отдельные группы одной народности, живущие в разных местах, кустарным способом без серьезных научных подходов, создают шрифты. Это вызывает трату больших средств и замедляет дело культурного строительства. Надо положить конец сепаратизму в этой работе и, хотя бы для родственных групп населения автономных областей (адыге и кабардинцев, чеченцев и ингушей, южных и северных осетин и т.д.), нужно [поставить] вопрос о выработке одного общего, хотя бы для отдельных групп одного народа, вполне продуманного и научно-обоснованного алфавита. Для этого надо создать компетентную комиссию из представителей родственных народностей с участием научных работников и дать ей возможность серьезно и спокойно работать. До окончательного разрешения этого вопроса издательскую работу вести без задержек при помощи тех шрифтов, которые сложились в процессе исторического развития у разных горских народностей.
Отсылка для рецензии и одобрения учебников в ГУС чрезвычайно задерживает темп издательской работы. Простой отсылкой материалов нельзя ограничиваться, приходится переводить работы на русский язык, что представляет непроизводительный и большой труд и, кроме того, приходится ездить в Москву для дачи объяснений и отстаивания отосланных к напечатанию материалов.
Находим целесообразным и своевременным организацию филиала ГУСа в Ростове при крайоно для просмотра и одобрения хотя бы горских изданий. Это удешевит и ускорит издательскую работу.
Ввиду отсутствия развитой письменности у горцев, особое значение приобретают их памятники устного народного творчества. Нужно принять решительные и спешные меры к записи всех сохранившихся памятников со слов сказителей, которые еще не перевелись среди горцев. Эти памятники содержат в себе большие художественные красоты и разнообразные общечеловеческие сюжеты. Они послужат не только материалом для развития языка, но это имеет огромное значение и для истории горских народов.
Перечисленные мероприятия по народному образованию должны вызвать весьма крупные затраты средств, которыми автообласти не обладают. Крупная помощь края и центрального правительства неизбежны. Первый краевой съезд Советов Северного Кавказа7 отметил тяжелое положение школьной сети в автономных областях края и признал необходимым принятие решительных мер к тому, чтобы добиться по возможности в краткий срок доведения состояния школьной сети в автономных обл[астях] до размеров, имеющихся в русских областях. Прибавить к этому постановлению нечего, надо пожелать только его полного осуществления. В настоящее время составляются сметы по народному образованию в автономных областях и скоро они будут представлены в край. Будем надеяться, что крайоно проведет утверждение наших смет полностью.
Завоблоно Сиюхов
Секретарь Урываев

НАРА. Ф. Р-21. Оп. 1. Д. 29. Л. 65–73 об. Копия; ГАРО. Ф. Р-64. Оп. 1. Д. 120. Л. 420–426. Копия.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация