Альманах Россия XX век

Архив Александра Н. Яковлева

«ОНИ НЕ ПОНИМАЮТ И НЕ МОГУТ ВОСПРИНЯТЬ ФОРМУЛЫ ДИКТАТУРЫ ПРОЛЕТАРИАТА»: Документы российских архивов о национально-культурном строительстве на Северном Кавказе в 1920-е гг.
Документ №10

Из информационной записки «Религиозный вопрос в нацобластях на Северном Кавказе» национальной комиссии Северокавказского крайкома ВКП(б)

[04.06.1927]
[Не позднее 14–16 июня 1927 г.]1

<…>2 Автономные нацобласти Северного Кавказа сообразно особенностям их истории, быта и характера религиозных организаций разделяются на три основные группы:
1) Чеченская и Ингушская области (мюридизм, официальная мечеть);

2) Кабардино-Балкарская, Адыгее-Черкесская (сильное прогрессивное течение среди духовенства), Карачай, Черкессия, Шапсугский и Туркменский районы (официальная мечеть, небольшое влияние мюридизма);

3) Северо-Осетинская область (жертвенный культ – первобытные верования, православие, мусульманство).

Мюридизм


Особенностью Чечни и Ингушетии является то, что в этих областях, наряду с официальной мечетью и духовенством, по Корану, сунне (религиозным обычаям ислама) и иджме (постановление верующих), регулирующих жизнь прихода, имеются особые своеобразные религиозные организации (ордена) во главе с шейхом3 (святым). В противоположность реализму официальной мечети этим религиозным организациям свойствен аскетизм и мистицизм.
Эти ордена в условиях Чечни и Ингушетии представляют огромную силу в руках духовенства и кулацких слоев аула. Шейхи не находятся в противоречии с основными положениями ислама, в глазах всей верующей массы они – не еретики, так как признают Коран, и сунну, и шариат как первую ступень, которые необходимо пройти для того, чтобы стать истинным мусульманином. Наряду с этим культ святых более близок массам, чем культ отвлеченного единобожия. Шейхи, представляясь массам обладающими чудесной божественной силой, способными общаться с Богом непосредственно, делают понятным для масс путь спасения, приближения к Богу здесь, на земле. (Путем экстаза, аскетической жизни, беспрестанной молитвой приближаются, по мнению мюридов, они к Богу.)
Мюридизм – форма религии, имеющая корни в анимистических4 субъективных религиозных воззрениях горцев, с одной стороны, и форма военно-политической клерикальной организации масс местной буржуазией, с другой…5
В Чечне и Ингушетии (а также в соседнем Дагестане) имеют сильное влияние ордена Нокшбенди и Кадыри, ведущие свое происхождение от халифов Абу-Бекра и Омара. Есть также влияние ордена Бекташи. Военно-политические и контрреволюционные тенденции и роль этих орденов несомненны. Это доказывается особенно ярко фактами Гражданской войны на С[еверном] Кавказе, когда опорой для контрреволюции послужили как раз эти ордена, Нажмуддин Гоцинский, Узун-Хаджи, Али Митаев – эти имамы и шейхи имели своей опорой культ святых (чудодеев) и послушничество. Опираясь на централизованную организацию, устав, аульскую ячейку ордена, проводя постоянные собрания, систематически дисциплинируя членов ордена на основе проповеди, молитвы, экзальтации, зикр и бдения6 – имамы и шейхи, зачастую не только шарлатаны (Н. Гоцинский), но и подлинные фанатики (Узун-Хаджи), держали в своих руках массу и вели ее в бой по своему усмотрению против феодалов, царя, соввласти.
Близкий, осязаемый, обладающий «таинственной силой» и «тайной» приближения к божеству (слияние, растворение духа человеческого в духе божества), святой фактически заменил собою Аллаха, культ Аллаха, стал культом святых (шейхов). Религия приняла здесь ту форму, в которой она может держаться в головах людей соответственно культурному уровню и бытовому укладу…
На Северном Кавказе активность мусульманского духовенства в общем идет по следующим линиям:
а) По линии сопротивления растущей активности бедняцко-середняцких масс, в особенности женской части населения и молодежи. (В противовес этому, активность бедняцко-середняцких масс идет по линии прямой поддержки советской власти, партии, комсомола и всей системы диктатуры пролетариата на основе фактически имеющихся достижений в экономическом и политическом раскрепощении масс.)
Примечание: Число мюридов (членов религиозных орденов) в [19]25 г. (концу) в Чечне было около 60 000, в Ингушетии около 10 000, в Каб[ардино]-Балк[арской] обл[асти] – 200. Всего: 70 200. Националов-комсомольцев из всего количества (15 825) – 15 212, из них девушек – 2011 на 1 января 1927 г.
Рост партийной организации, комсомольской организации, делегатских собраний женщин говорит о том, что старая стена религиозно-бытового уклада рушится. К концу 1925 г. общему количеству мюридов – 61 200, шейхов – 19, векилов7 – 60, мусульманскому духовенству – 2000, мы можем противопоставить 189 деревенских ячеек и 9 кандидатских групп, около 6000 коммунистов, 18 000 комсомольцев и около 5000 делегаток-женщин. Таким образом, рост боевых организаций рабочего класса представляет для духовенства реальную опасность.
б) Активность духовенства идет также по линии приспособления религиозных обрядов и учреждений ислама к тем сдвигам, которые произошли в экономике, политическом положении и в сознании масс в результате Октябрьской революции. <…>
в) Активность духовенства идет по линии стремления духовенства к объединению своих сил, к созданию централизованного аппарата, достаточно авторитетного и могущего в легальных условиях работать, способного иметь значение для международной политики духовенства.
Благодарность соввласти за то, что помогает реформе ислама и организации прогрессивного духовенства. «За дачу разрешения на созыв внеочередных дискуссий мусульманского духовенства в АЧАО съезд выразил глубокую благодарность соввласти в лице областного исполкома, давшего возможность мусульманскому духовенству в условиях “хурист” (свободы) разрешить свои спорные текущего быта вопросы, назревшие еще при царизме в России». Со стороны дагестанского духовенства также выражались благодарности за разрешение созыва съездов, ряд представителей духовенства других областей также просили разрешить такого рода съезды. В частности, есть стремление установить связь с Центральным духовным управлением (см. материалы Адыгейского и Дагестанского съездов8)9
д) Духовенство раздвигает активность в смысле укрепления своих школ, мечетей – опорных пунктов идеологической работы. Цифры говорят за то, что местами небезуспешно (см. табл[ицу] № 310).
е) Активность духовенства особенно сильно проявляется по линии усиления агитации за укрепление религии. Используются испытанные формы агитации (проповедь в мечети) и особые формы, характерные для мюридизма: шествия, массовые собрания на могилах шейхов (святых), своеобразные художественные формы агитации (религиозные песни); наконец, поэты из среды арабских ученых и учеников упражняются в деле популяризации в стихах определенных контрреволюционных лозунгов, напоминающих верующему о необходимости политических выступлений и действий. Особенную и характерную активность развивает духовенство Чечни11. <…>
По этим шести основным линиям проявляется активность духовенства, в особенности шейхистских организаций в Чечне и Ингушетии. Главнейшим жупелом в агитационных выступлениях духовенства является разъяснение верующим того, что коммунисты – безбожники и что советская власть как безбожная должна пасть. Появится спаситель, который уничтожит эту власть. «Подумайте своими сердцами… /плачьте своими глазами Аллаху /Религия разрушается … /Войска сатаны подрывают религию, /Отрицают существование великого Аллаха… /Настала грязная пора! /Изучайте ислам, /Богатырь Али-Имам Махти12 идет /Шашкой отрубающей голову Имам». (Записано в Урус-Мартане в Чечне, в период перевыборов Советов в феврале [19]27 г.)
В связи с наличием в горских областях, в особенности Восточного Кавказа (Дагестан, Чечня, Ингушетия), т[ак] назыв[аемого] шейхистского движения или мюридизма – эта активность духовенства принимает характер широкой психологической подготовки масс к контрреволюционным выступлениям и имеет достаточно серьезное политическое значение.
Значение религиозного вопроса в политическом отношении в нацобластях можно представить себе, только выяснив количество членов мюридских организаций (орденов), их процентное отношение к общему количеству населения, основы организационной структуры орденов и, наконец, принципы их учения. В Чеченской области вовлечено около 70–80 % взрослого мужского населения Чечни в возрасте от 18 и выше лет в ряды мюридских организаций. В Ингушетии – от 30 до 35 %.
Исходя из сказанного выше, к разрешению религиозного вопроса нельзя на Северном Кавказе подходить с одним общим трафаретом. Различный культурный уровень горских народностей Северного Кавказа, различный общественно-экономический уклад и политический строй в прошлом, различные достижения и темп хозяйственного и культурного строительства в отдельных национальных областях в настоящем, различная политическая роль религиозных организаций требует дифференцированного подхода к вопросу о борьбе с влиянием ислама и духовенства вообще в каждой из нацобластей. Необходимо применять различную тактику и методы как в общей политике партии по отношению к религиозным учреждениям и духовенству, так и в антирелигиозной пропаганде.
Есть области, где требуется принятие ударных, специальных мероприятий по борьбе с влиянием духовенства (Чечня, Ингушетия), и есть области, где правильная постановка партийного и комсомольского воспитания, укрепление дисциплины в рядах партии и комсомола, улучшение качества постановки школ, политико-просветительной работы вообще, и антирелигиозной в частности, даст необходимые результаты…
В заключение необходимо остановится на самом ритуале, обрядах мюридизма (орденских организаций). Различного рода молитвы и радения отнимают массу рабочего времени у крестьянства, подтачивают его здоровье… Основная заповедь ордена: беспрекословно выполнять волю и пожелание шейха и его «уполномоченного» (как мы знаем из примера Батал-Хаджи13 в Ингушетии вплоть до предоставления права первой ночи)…
Орден Нокшбенди меньше практикует массовые открытые шествия с «зикром» (со славославием Бога). Орден Кадыри отличается тем, что практикует массовые шествия с «зикром»…
Ритуал этот раньше был основой дисциплинирования и муштровки мюридов для войны и во время войны. Применяемый в мирное время, он достигает главным образом той цели, что разоряет хозяйство мюрида, и без того нищего, убивает здоровье мюридов, одурманивает религиозным дурманом головы последователей шейха вплоть до того, что они пьют воду, которой омывал себя шейх.
Что касается до других национальных областей (Осетия, Кабардино-Балкарская, Карачай, Черкесия, Адыгея), то там мюридизм развит незначительно, имеется всего две ячейки по 200 человек в Балкарии и Карачае.
Главное значение здесь имеет официальная мечеть и духовенство, местами совершенно невежественное в большинстве своем, являющееся мало авторитетным среди масс населения. Против официального духовенства (консервативного [в] большинстве, выступает так называемая прогрессивная часть духовенства, пытающаяся в период еще Гражданской войны возглавить демократическое движение (удавшееся среди натухайцев, шапсугов и абадзехов еще до завоевания Кавказа) против помещиков, князей, узденей14, против сословных привилегий и кастовых традиций. В процессе пролетарской революции это движение должно было уступить свою руководящую роль пролетариату. Таким образом, основная масса крестьянства других нацобластей установила смычку с пролетариатом, и духовенству не удается возглавлять общественную жизнь горцев этих областей в сколько-нибудь значительной степени, и духовенство держится еще постольку, поскольку существует закият и другие источники дохода. Прогрессивное движение выставляет требования сельским обществам (приходу) взамен той реформы, которую она хочет произвести под влиянием давления крестьянской буржуазии (и вообще, культурных сдвигов, женского движения, активности молодежи и т.д.), обеспечить мулл твердой ставкой в размере 400–600 рублей в год. Это, в конечном итоге, есть лишь смягчение (сведение к единству и денежной форме) чрезмерного обложения крестьянства натуральными налогами. <…>

Общее количество верующих в нацобластях, за исключением Осетии, все же значительно (не меньше 80 %)… Антирелигиозное движение в смысле оформления в Союз безбожников имеется только в Северной Осетии. Если обратиться к состоянию [и] качеству политического уровня партийцев и комсомольцев в нацобластях, то мы увидим, что абсолютные цифры даже этих организаций не дают оснований говорить о том, что материалистическое миропонимание не всем еще свойственно из тех, кто фактически является руководящей силой в советском строительстве в горских областях…

Особо нужно отметить тот факт, что за все время существования советской власти всего только несколько человек и единицы умерших комсомольцев и партийцев похоронены не по религиозному обряду. Количество кушающих свинину также насчитывается единицами в среде коммунистов и комсомольцев. (Мерилом степени действительного отрыва от религиозных предрассудков является, в конечном счете, употребление в пищу свинины и гражданские похороны, эти явления еще чрезвычайно редки среди коммунистов и комсомольцев).

ЦДНИРО. Ф. 7. Оп. 1. Д. 605. Л. 37–63. Копия.


Назад
© 2001-2016 АРХИВ АЛЕКСАНДРА Н. ЯКОВЛЕВА Правовая информация